Война, которая «снова была навязана Ирану», наряду с мужественной и мощной обороной Тегерана, привела страны региона к выводу, что во избежание ущерба они вынуждены прибегнуть к посредническим шагам. Именно поэтому Катар и Пакистан снова активизировали свои усилия, заявил экс-посол Ирана в Азербайджане Мохсен Пакаин.
В условиях, когда обмен ударами между Ираном и США продолжается, а милитаристский подход Соединенных Штатов и ответные действия Ирана достигли пика, дипломатическая активность также набрала значительные обороты. В воскресенье вечером агентство Reuters выступило с утверждением, что Катар и Пакистан представили Тегерану и Вашингтону совместный план. В нем они призвали США прекратить агрессивные атаки, а Иран — в ответ гарантировать безопасный проход судов через Ормузский пролив сроком на 10 дней.
Направление этого предложения обеим сторонам подтвердил министр иностранных дел Катара. Официальные лица нашей страны, включая Нассера Канани (а также представителя МИД Ирана Исмаила Багаи), указывая на продолжение дипломатического процесса, подчеркнули, что данный инициативный проект находится на стадии рассмотрения.
Телеканал «Аль-Джазира», комментируя причины последних действий двух стран, написал, что Катар и Пакистан пытаются выиграть время, чтобы подготовить почву для возобновления переговоров в Исламабаде. Хотя, по мнению этого ресурса и многих аналитиков, из-за царящего глубокого недоверия шансов на реализацию этой задачи крайне мало.
Однако дипломатическая активность этим не ограничивается. В текущей ситуации все взоры прикованы к предстоящему в конце недели визиту в Тегеран премьер-министра Ирака Али аз-Зайди. На этот счет существует множество спекуляций. Одни утверждают, что он везет послание от Вашингтона к Тегерану.
Другие, указывая на тесные связи Ирана и Ирака и страх Багдада превратиться в арену противостояния двух государств, считают целью визита попытку снизить напряженность — особенно с учетом того, что часть входящих в «Ось сопротивления» сил в Ираке готовится к возможному расширению масштабов конфликта. Впрочем, ни одна из этих гипотез пока не была официально подтверждена причастными сторонами.
Эти усилия предпринимаются на фоне публикаций в таких изданиях, как The Washington Post и CNN, которые со ссылкой на отдельные отчеты сообщают об отправке в регион новой волны американских истребителей и заправщиков, утверждая, что Трамп готовится к полномасштабной войне с Ираном.
При этом сигналы, поступающие из Вашингтона, весьма противоречивы. К примеру, госсекретарь США Марко Рубио вновь заявил о готовности Вашингтона к поиску дипломатического решения, добавив, что если «эта дверь откроется», США будут только приветствовать это. Однако при этом он выступил с враждебным обвинением в адрес Ирана, заявив об атаках на корабли и создании помех для судоходства в Ормузском проливе, подчеркнув, что меморандум не сможет оставаться в силе при продолжении подобных действий со стороны Тегерана.
Президент США Дональд Трамп, ссылаясь на данные соцопросов, заявил, что большинство американцев выступают за соглашение между Вашингтоном и Тегераном. Тем не менее близкие к нему источники утверждают, что сценарий расширения масштабов конфликта находится на столе у президента и активно рассматривается.
Наблюдатели, указывая на двойственную политику Вашингтона, говорят о явных и скрытых расколах в политической структуре США, особенно внутри движения MAGA. Эта многоголосица, по мнению экспертов, превратилась в «ахиллесову пяту» Трампа. Санам Вакил, директор программы Ближнего Востока и Северной Африки в аналитическом центре Chatham House, указывая на эти разногласия как на главный вызов для Трампа, комментирует первоначальные договоренности: сегодня ни одна из сторон не добилась решающей победы, и обе они скорее пытаются выиграть время. Однако такие факторы, как внутренние выборы в США, деструктивная роль Израиля и высокий уровень недоверия, делают любые соглашения крайне хрупкими.
В то же время ряд аналитиков подчеркивают, что кризис вокруг Ормузского пролива перестал быть сугубо двусторонним спором и превратился в глобальную проблему. Вашингтон своей авантюрной политикой поставил под удар мировую энергетическую безопасность, морскую торговлю и экономику стран Персидского залива. Как пишет Уильям Мандерс, исследователь Ближнего Востока из Chatham House, в текущих условиях ни военный путь не смог решить уравнение, ни дипломатия не способна устранить ключевое противоречие вокруг Ормуза.
США хотят вернуть статус-кво, существовавший до кризиса, тогда как Иран стремится закрепить за собой роль главного арбитра этой артерии. В этих реалиях предложение о 10-дневном прекращении огня может служить лишь временной паузой: без фундаментального соглашения о будущем Ормузского пролива любое перемирие останется временным.
На фоне усложнения ситуации на поле боя и в многоуровневой дипломатии газета Etemad обратилась к Мохсену Пакаину, бывшему дипломату и эксперту по международным отношениям, с просьбой проанализировать различные аспекты текущего кризиса.
Интервью с Мохсеном Пакаином, экс-послом Ирана в Азербайджане
— Как вы оцениваете новое инициативное предложение Катара о прекращении огня между Ираном и США?
— Главный вопрос заключается не в самом «проекте», а в степени приверженности Вашингтона к любому предлагаемому соглашению. Поведение США, нарушивших прошлые обязательства, не просто подорвало авторитет самого Трампа и всей правящей структуры в Вашингтоне — оно розжгло пламя новой войны в регионе и разрушило намечавшиеся мирные процессы.
Эта война была снова навязана Ирану. Наряду с нашей мужественной и мощной обороной, она привела страны региона к выводу: чтобы обезопасить себя от ее последствий, они вынуждены предпринимать посреднические шаги. Именно поэтому Катар и Пакистан снова активизировались.
Что касается предложения главы МИД Катара — прекращение огня со стороны США в обмен на открытие Ираном двух судоходных путей в Ормузском проливе сроком на 10 дней — ключевой вопрос здесь: где гарантии? Где гарантии того, что после принятия этого плана США снова его не нарушат?
Прежде чем Катар, Пакистан или любая другая страна-посредник углубятся в детали, они должны первично убедиться: Вашингтон не рассматривает данное соглашение лишь как тактическую паузу для перегруппировки сил, чтобы через несколько дней вновь сбросить с себя все обязательства.
Иранские официальные лица изучат предложенные инициативы и дадут свой ответ. Но факты таковы: именно США начали эту войну, именно США являются ее виновником и несут за нее всю полноту ответственности. Модель, при которой инициатор конфликта время от времени просит о перемирии, а затем снова возобновляет боевые действия, ни к чему хорошему не приведет.
Главный ущерб от этого несут страны региона, которые, к сожалению, превратились в плацдарм для американских атак против Ирана. Иран, несмотря на дружественные отношения с ними, вынужден наносить удары по американским объектам на территории этих государств ради обеспечения собственного сдерживания.
Посредники действительно действуют из благих побуждений, но им стоит проявить больше осмотрительности и сделать точкой отсчета любого плана сам Вашингтон. То есть сначала получить от США четкие и достаточные гарантии невыполнения повторных нарушений, а уже потом выходить с предложениями на Тегеран. Если путь гарантий будет понятен и прекращение огня не превратится в инструмент выиграть время для США, иранское руководство детально изучит проект и озвучит свою позицию.
— Что означает этот 10-дневный срок, предложенный Катаром?
— Согласно международному праву, Ирану наделен суверенным правом защищать свои территориальные воды и осуществлять над ними полный суверенитет. Такое государство, как США, не имеет права подвергать этот суверенитет сомнению. Десятидневный срок вовсе не означает, что США «приходят и признают» права Ирана — Вашингтон здесь вообще не имеет никакого голоса, Иран сам обеспечивает свой суверенитет над этой водной артерией.
Нужно понять, какую цель преследовали авторы этого 10-дневного отрезка. Это важнейший вопрос: что такого можно успеть сделать за эти 10 дней, чего не удалось сделать за те 60 дней, которые были в распоряжении?
У нас есть действующий Меморандум о взаимопонимании — документ, который был подписан президентами и официально зафиксирован между двумя странами. На мой взгляд, этот меморандум — лучший документ, на который можно опираться и требовать от американцев его соблюдения.
У нас есть более прочная база, чем эти временные предложения. Нужно заставить американскую сторону выполнять обязательства, прописанные в том самом меморандуме. Срок в 10 дней — это лишь часть предложения Катара, тогда как устойчивой основой остается зафиксированное соглашение между Тегераном и Вашингтоном.
— На днях ожидается визит премьер-министра Ирака Али аз-Зайди в Тегеран. Связано ли это с посредничеством?
— Это визит в рамках традиционно хороших отношений и общих ценностей между Ираном и Ираком. После своего избрания аз-Зайди совершил один из первых визитов именно в Иран.
Этот визит — в первую очередь двусторонняя повестка. Маловероятно, что его главной целью является прямое посредничество между Ираном и США, хотя обсуждение региональной ситуации на полях, безусловно, возможно. Если бы США хотели передать послание, у них есть четкие каналы — Катар и другие посредники, им не обязательно использовать для этого Багдад.
Говоря о ситуации в Персидском заливе, Оманском заливе и Ормузском проливе: текущий подход Вашингтона трудно назвать рациональным или направленным на мир и безопасный транзит энергии. Пока в США не появится серьезного желания нормализовать обстановку, вмешательство отдельных посредников (включая Ирак) не сможет вернуть ситуацию в русло нормы. Надежда исключительно на символические визиты без изменения реальной воли Вашингтона не оправдает себя.
— Как вы прокомментируете военную эскалацию США на юге Ирана и заявления о возможной наземной операции?
— Одной из главных причин этого кризиса является крайняя нестабильность Трампа в принятии ключевых внешнеполитических решений. Иран не начинал эту войну. В условиях, когда президент США лично подписал меморандум — документ, гарантом которого он сам и должен выступать — не прошло и месяца, как Вашингтон возобновил атаки на юг Ирана, провоцируя инциденты с кораблями и действуя вразрез с договоренностями.
В ответ на это Иран дал мощнейший отпор. Начнется небывалая экономическая и военная цена для США. Дошло до того, что один из американских конгрессменов уже озвучил цифру в 430 погибших американских солдат в этих столкновениях. И сами американцы признают: Иран не несет и не нес прямой угрозы безопасности США, а предлоги для нападения на Иран абсолютно беспочвенны.
Вашингтон попал в болото, из которого не знает, как выбраться. В таких условиях масштабная наземная операция против Ирана станет для США не просто чрезвычайно затратной и рискованной, но и практически нереализуемой с политической и военной точек зрения.
Чтобы выбраться из этого болота, у США нет иного выхода, кроме как вернуться к выполнению своих обязательств по меморандуму, который стал результатом долгих часов переговоров. Если Вашингтон вернется к соглашению, он сможет избежать дальнейшего затягивания в эскалацию. В противном случае любой сценарий углубления конфликта будет лишь увеличивать убытки США, не давая им никаких перспектив на победу.
— США наращивают группировку истребителей и заправщиков. Это подготовка к большой войне?
— США пытаются использовать тактику запугивания и давления, чтобы выбить уступки за столом переговоров. Они перебрасывают авиацию, чтобы создать угрожающий фон. Однако в Вашингтоне прекрасно знают: Иран под давлением и шантажом уступок не делает, не торгует своим национальным суверенитетом и не отступит от защиты своих границ.
Вашингтон совершил тяжелую расчетную ошибку из-за дезинформации, полученной от сионистского режима, а также из-за того, что интересы Израиля ставит выше собственных национальных интересов.
Здравомыслящие силы в США, особенно в Конгрессе, должны привезти Трампа в чувство. Сегодня в Вашингтоне фактически нет сплоченного правительства: Трамп делает всё, что хочет, игнорируя мнение Госдепартамента и членов кабинета.
Раскол во внешнеполитическом ведомстве США и диктат Трампа толкают регион к новой войне. Но наращивание сил — это скорее элемент психологического давления, чем признак реальной военной готовности к тотальной войне.
— Какова здесь роль Израиля и лично Нетаньяху?
— Сионистский режим с самого начала последних событий переживает упадок. Из-за военных преступлений в Газе, агрессии против Ливана, Сирии и Йемена, а также участия в неспровоцированной войне против Ирана и убийств высокопоставленных иранских деятелей Нетаньяху лишился устойчивых позиций как внутри страны, так и на международной арене.
Главный мотив Нетаньяху накануне выборов — сохранить состояние войны, чтобы спастись от судебных процессов по делам о коррупции. Получив тяжелые удары от Ирана, Израиль стремится сделать США полноправным участником этой войны и переложить на Вашингтон обязанность по защите израильских интересов. Потакание Трампа этим замыслам Тель-Авива уже создало для США огромные проблемы.
— Как поведут себя «Ось сопротивления» и арабские союзники США в случае дальнейшего разрастания конфликта?
— Страны региона и союзники Вашингтона в Персидском заливе должны встать перед США и заставить их остановить войну, чтобы избежать катастрофических последствий для самих себя.
Что касается НАТО, я крайне сомневаюсь, что альянс ввяжется в эту авантюру. Горький опыт Афганистана, откуда они ушли через 20 лет без результатов, и разногласия по Украине делают участие НАТО в новой войне под руководством США крайне маловероятным.
А вот роль «Оси сопротивления» будет колоссальной. Силы сопротивления сегодня очень сильны. Если они примут решение действовать — это нанесет сокрушительный удар, особенно в таких критических точках, как Баб-эль-Мандебский пролив, что мгновенно скажется на мировой энергетической безопасности. Если арабские страны будут молча попустительствовать США, они сами окажутся под тяжелейшим ударом в сфере экономики и безопасности.
Автор: Нушин Махджуб
Источник: Etemad Online