Прошлогодний саммит в Тяньцзине показал, что организация все дальше выходит за рамки первоначальной повестки безопасности. В итоговой декларации государства вновь прямо подтвердили: Центральная Азия является ядром ШОС.
Для Кыргызстана эта формулировка имеет вполне практическое значение. Страна была одним из государств-основателей организации, а ее председательство дает возможность не просто провести протокольные мероприятия, а попытаться закрепить собственные приоритеты в документах, которые после Бишкекского саммита останутся частью общей повестки организации.
Один из таких приоритетов уже очевиден — горная тематика. Кыргызстан несколько лет последовательно продвигает ее на площадке ООН, связав вопросы гор с климатом, ледниками, водой, энергетикой и устойчивым развитием.
О том как важны экологические аспекты Кыргызстана для всей Центральной Азии написал международный обозреватель онлайн-издания “Кыргыз Туусу”, экс-советник министра экономики, директор регионального горного центра ЦА Исмаил Даиров
Генеральная Ассамблея ООН поддержала инициативу о Пятилетии действий по развитию горных регионов на 2023–2027 годы, кульминацией которого станет Второй глобальный горный саммит «Бишкек+25» 21–23 октября 2027 года.
Это уже не разовая экологическая кампания, а самостоятельное направление кыргызской внешней политики.
Поэтому логичным продолжением могло бы стать закрепление горной проблематики и внутри ШОС, отмечает эксперт.
Не обязательно сразу создавать новую громоздкую международную структуру.
Более реалистичным первым шагом могло бы стать включение в Бишкекскую декларацию отдельного положения о сотрудничестве горных государств, подготовке к «Бишкек+25», сохранении ледников, климатической адаптации и совместном управлении водными рисками.
Если такое решение получит поддержку, Кыргызстан сможет сохранить собственную нишу в ШОС и после передачи председательства следующей стране.
Для этого есть объективная основа. Значительные горные территории имеются не только в Кыргызстане, но и в Китае, Таджикистане, Казахстане, Индии, Пакистане и других государствах пространства ШОС.
Таяние ледников, дефицит воды, селевые риски и изменение режима рек для них давно перестали быть исключительно экологической проблемой.
Это вопросы продовольствия, энергетики, миграции и в конечном итоге региональной безопасности.
Сам кыргызский лидер Садыр Жапаров уже предлагает связывать водно-энергетическую проблематику с экономическими механизмами, энергоэффективностью и привлечением международного климатического финансирования.
От китайских глобальных инициатив — к кыргызской специализации
В этом смысле полезен китайский опыт продвижения международных инициатив, рассуждает Даиров.
При Си Цзиньпине Пекин действует последовательно: за инициативой «Пояс и путь» последовали Глобальная инициатива развития, Глобальная инициатива безопасности, Глобальная цивилизационная инициатива, а на саммите ШОС в Тяньцзине в сентябре 2025 года была выдвинута Глобальная инициатива управления.
Китайская дипломатия представляет эти проекты не как отдельные лозунги, а как взаимосвязанные элементы — развитие, безопасность, цивилизационный диалог и управление.
Кыргызстану нет необходимости копировать масштаб китайской дипломатии, но сам принцип заслуживает внимания.
Международная инициатива становится работающей только тогда, когда ее продвигают несколько лет подряд, подкрепляют резолюциями, мероприятиями, экспертной работой и конкретными проектами. Горная повестка Кыргызстана уже прошла значительную часть этого пути.
Теперь задача заключается в том, чтобы соединить ее с практической работой ШОС — от климатических исследований и мониторинга ледников до гидроэнергетики, предупреждения чрезвычайных ситуаций и зеленых технологий.
Особенно важно не переоценивать значение кадрового фактора.
Сейчас генеральным секретарем ШОС является представитель Казахстана Нурлан Ермекбаев, занимающий должность с января 2025 года.
В экспертной среде обсуждается дальнейшая ротация руководства организации, однако официального решения о назначении следующим генсеком представителя Кыргызстана пока не опубликовано.
Поэтому строить долгосрочную стратегию продвижения горных инициатив исключительно на возможном кадровом назначении было бы неправильно. Гораздо надежнее закрепить эти вопросы в документах и механизмах самой организации.
При этом у Кыргызстана появляется еще одно важное преимущество. В 2027–2028 годах страна будет непостоянным членом Совета Безопасности ООН.
В сочетании с подготовкой «Бишкек+25» это дает возможность связать несколько дипломатических площадок — ШОС, ООН и региональные механизмы Центральной Азии — вокруг темы климатической и водной безопасности горных государств. Таким образом сравнительно небольшая страна может не пытаться конкурировать с крупными державами по всему спектру международной политики, а концентрироваться на направлении, где у нее есть собственная компетенция и уже накопленный политический капитал.
Именно поэтому результат Бишкекского саммита для Кыргызстана будет измеряться не только числом приехавших лидеров и подписанных документов.
Важнее другое — удастся ли стране оставить после своего председательства идеи, которые продолжат работать и после 1 сентября. Если горная, климатическая и водно-энергетическая тематика войдет в долгосрочную повестку ШОС, Бишкек получит гораздо больше, чем эффект от проведения крупного международного мероприятия.
По мнению эксперта, в год 25-летия ШОС перед Кыргызстаном действительно открывается редкая возможность. Центральная Азия официально признана ядром организации, а Бишкек получает площадку для того, чтобы наполнить эту формулу собственным содержанием.
Для Кыргызской Республики наиболее естественный путь — предложить то, в чем Кыргызстан уже обладает международным авторитетом: горную повестку, связанную с водой, климатом, энергетикой и устойчивым развитием.
Если она будет закреплена институционально, именно это может стать одним из наиболее заметных политических итогов кыргызского председательства в ШОС, подытожил директор регионального горного центра ЦА.