Анкара вновь пытается занять место посредника между Вашингтоном и Тегераном. Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган в телефонном разговоре с Дональдом Трампом призвал не закрывать дипломатическое окно в отношениях с Ираном и максимально использовать переговорные возможности для снижения напряженности.
Одновременно турецкий лидер напомнил о новой региональной архитектуре безопасности, которую Анкара выстраивает вместе с Саудовской Аравией и Пакистаном.
Телефонный разговор лидеров состоялся на фоне очередного обострения вокруг Исламской Республики.
По сообщению Директората по коммуникациям администрации президента Турции, Эрдоган подчеркнул важность продолжения переговоров между США и Ираном и заявил, что Анкара готова и дальше поддерживать любые усилия, способные привести к устойчивому миру и деэскалации.
Турецкий лидер отдельно дал понять, что дипломатия, по мнению Анкары, пока не исчерпала себя. Турецкая Республика заинтересована в том, чтобы кризис вокруг ИРИ не перерос в еще более широкий региональный конфликт, способный затронуть Персидский залив, транспортные маршруты, нефтяной рынок и соседние страны.
Во время разговора Эрдоган также обратил внимание на Мекканское соглашение о совместной обороне, подписанное 7 августа Турцией, Саудовской Аравией и Пакистаном.
По его оценке, этот документ демонстрирует готовность трех государств совместно работать над укреплением региональной безопасности и стабильности. В турецкой администрации соглашение рассматривают как новый элемент формирующейся системы взаимодействия между крупными мусульманскими государствами региона.
Еще одной темой стала Газа. Эрдоган подтвердил, что Турция намерена продолжать добиваться устойчивого прекращения конфликта и выступать за скорейшее начало полноценного восстановления сектора. Анкара при этом сохраняет жесткую критику действий Израиля и настаивает на том, что гуманитарные и политические договоренности должны сопровождаться реальными шагами по восстановлению разрушенной инфраструктуры.
Почему Анкара снова делает ставку на посредничество?
Турция в нынешнем кризисе занимает достаточно сложную позицию.
С одной стороны, она остается членом НАТО и поддерживает тесные отношения с США.
С другой — имеет общую границу с Ираном и не заинтересована в его дальнейшей дестабилизации.
Именно поэтому Эрдоган пытается сохранить рабочие каналы одновременно с Вашингтоном и Тегераном и предлагает Анкару в качестве площадки для дипломатического контакта.
«Reuters» отмечает, что Турция также взаимодействует с другими возможными посредниками, включая Пакистан и Катар.
Ситуацию осложняет то, что американо-иранские контакты в последние недели вновь застопорились.
Тегеран заявил о готовности перейти к более жесткой военной линии в случае окончательного провала переговоров, а Вашингтон отказался автоматически продлевать прежние договоренности о прекращении огня.
Одним из наиболее чувствительных вопросов остается режим судоходства через Ормузский пролив, от которого напрямую зависит значительная часть мировых поставок нефти и газа.
Для Турции возможная эскалация вокруг Ормузского пролива представляет уже не только внешнеполитическую, но и экономическую проблему.
Рост напряженности быстро отражается на нефтяных котировках, стоимости перевозок и страховании судов. В августе на фоне нового витка противостояния цены на нефть вновь поднялись выше $90 за баррель, что усилило опасения по поводу инфляции и стоимости энергоресурсов для импортирующих стран.
На этом фоне Мекканское соглашение между Турцией, Саудовской Аравией и Пакистаном приобретает особое значение.
Его появление показывает, что крупные региональные государства стремятся меньше зависеть от традиционных внешних гарантий безопасности и формировать собственные механизмы координации. При этом интересы трех стран далеко не всегда совпадают, поэтому реальная эффективность нового оборонного формата будет зависеть от того, насколько далеко стороны готовы зайти в практическом взаимодействии.
Для Анкары этот формат также дает возможность усилить собственный политический вес. Турция обладает одной из крупнейших армий НАТО, активно развивает оборонную промышленность и одновременно поддерживает тесные связи как с Пакистаном, так и с монархиями Персидского залива. В результате она получает дополнительный инструмент влияния на процессы, которые раньше в большей степени определялись США и другими внешними игроками.
При этом Эрдоган, судя по его последним заявлениям, не рассматривает новую оборонную архитектуру как замену дипломатии.
Наоборот, турецкая стратегия сейчас строится на сочетании двух подходов: укреплении собственной и региональной безопасности и одновременном сохранении переговорных каналов. Именно поэтому Анкара одновременно поддерживает Мекканское соглашение, предлагает помощь в диалоге между США и Ираном и продолжает продвигать собственные инициативы по Газе.
Справка ИА «Eurasia Today»: Мекканское соглашение — это подписанное 7 августа 2026 года в Мекке трехстороннее Соглашение о совместной обороне между Турцией, Саудовской Аравией и Пакистаном. Официальное название — Makkah Joint Defence Agreement. Документ подписали президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, наследный принц и премьер-министр Саудовской Аравии Мухаммед бин Салман и премьер-министр Пакистана Шахбаз Шариф.
Главная норма соглашения — принцип коллективной обороны: вооруженное нападение на одну из трех стран рассматривается как нападение на все три.
Пакистанский МИД прямо увязал это положение со статьей 51 Устава ООН о праве на индивидуальную и коллективную самооборону. Стороны при этом подчеркивают, что соглашение носит оборонительный характер и официально не направлено против какой-либо конкретной страны.
Документ предусматривает более глубокое военное взаимодействие: политическую и военную координацию на высоком уровне, совместные учения на суше, море и в воздухе, сотрудничество в киберсфере, беспилотных системах, радиоэлектронной борьбе и искусственном интеллекте, а также совместную разработку и производство вооружений и передачу технологий. Турция отдельно заявила, что новый механизм не должен заменить существующие альянсы и соглашения трех стран.